Рыдающего Липика увели.
Журнал Мадлен Челлини. 23 января 1980 года.
«Наталье приснился очередной вещий сон. Будто Липик лежит в луже крови и с ножом в боку (как Бэкингэм). Со страшным бледным лицом».
* * *Саня-Ваня вплотную начал заниматься с нами шагистикой. Для этого нас строят в шеренгу по одному, и Саня-Ваня, с трудом добившись, чтобы мы приняли подобие любезной его сердцу строевой стойки, говорит:
– Перенести центр тяжести на носки!
Шеренга наклоняется вперед. Мы становимся похожими на ростры, снятые с кораблей.
– Алексеев! Вы сейчас упадете! Вы делаете с полом тридцать градусов! Встать ровно!
Шеренга встает ровно.
– Алексеев!
– Я! – баском отзывается Димулео.
– Выйти из строя!
– Есть!
Димулео, шатнувшись, штатской походочкой подходит к Сане-Ване.
– Отставить, – говорит Саня-Ваня терпеливо. – Вы не умеете ходить строевым шагом.
Димулео, пожав плечами, возвращается обратно в строй.
– Строевой шаг! – провозглашает Саня-Ваня. У него железные нервы. – Делай раз! – Он резко отрывает левую ногу от пола, вытягивает носок и замирает. – Делай два! – Нога четко шлепается на пол.
Саня-Ваня поворачивается к шеренге и звучно командует:
– Делай раз!
Взлетают ноги. Саня-Ваня долго ходит вдоль шеренги и поправляет тех, кто стоит криво. Кое-кто начинает шататься, не вынеся длительного стояния на одной ноге.
– Делай два!
Облегченный топот опускающихся ног.
– Индийские йоги – кто они? – говорит Димулео.
Вечером я отправилась в аптеку закупать йод, бинты и аспирин для наших героев, пропадающих без медицинской помощи. На улице весело горели фонари и шел быстрый, мелкий снежок. На ресницах светились огоньки, и вся улица казалась чудесной. В аптеке я обнаружила Наталью, деловито выбирающую бинты. Мы молча уставились друг на друга и внезапно расхохотались.